Ежегодно с 1 октября по 30 ноября в Таджикистане проходит осенний призыв на военную службу. В 2003 году журналистка «Азия-Плюс» решила не просто написать об армии, а на один день стать новобранцем. Она надела военную форму, прошла строевую подготовку, училась разбирать автомат и познакомилась с армейским бытом.
Знакомство с гарнизоном
Тридцать молодых новобранцев, и среди них журналистка «АП», чувствуют себя не совсем комфортно. Сиротливо прижавшись друг к другу, мы тоскливо осматриваем территорию военного гарнизона – своего нового дома.
Нас встречает командир батальона полковник Саидахтам Давлатов. После приветственных фраз в адрес «зеленых» солдатиков командир распорядился, чтобы нас препроводили в казармы для обустройства. Здесь нам выдают военную форму. Как известно, у армейского обмундирования существуют лишь два размера: слишком большой и слишком маленький. Но в данном случае нам повезло, особенно мне: форма села как влитая.
В нашей казарме разместились примерно 50 двухъярусных кроватей. Все аккуратно застелено, у каждого солдата по две простыни и два полотенца. В тумбочках нет ничего лишнего, только мыльные принадлежности и учебные тетради. Мне выделяют кровать на втором этаже, подо мной расположился наш фотокор Нозим…
Мне, как корреспонденту-новобранцу, позволили походить по части, территория которой равна примерно территории Центрального парка столицы. Сразу за КПП, на небольшой площадке стоит клетка с медведем. Когда-то командир батальона купил трех маленьких медвежат, вырастил их, а потом двоих братьев часть подарила Министерству обороны России.
Здесь же в небольшом загоне содержится и симпатичный винторогий архар. Дальше — главное здание — штаб части. За ним — заасфальтированный плац для строевой подготовки. Вдоль него выстроились солдатские казармы, библиотека, столовая, прачечная и дальше – огромные гаражи для боевой техники. Везде чисто, ни соринки, ни пылинки, даже небольшие грязные лужи на земле – следствие ночного дождя – не портят общей картины.
Гарнизон разделен на части – две автомобильные роты, два взвода обеспечения, один хозяйственный взвод и взвод охраны. Видимой границы между ними нет, но принадлежность к своей роте среди солдат чувствуется. У каждой роты, взвода своя задача. Больше всех меня заинтересовали хозяйственники.
Солдатики-аграрии обихаживают теплицы гарнизона, посредством мотыги культивируют на полях картофель и баклажаны, сажают салат, лук и прочую зелень. Все взращенное попадает на солдатский стол и служит весомым витаминным приваром к военному рациону.
Отдать честь и не ударить лицом в грязь!
Ближе к одиннадцати в части начинаются занятия по тактической подготовке, которые вел начальник штаба батальона майор Джамшед Рахмонов. Основная тема — правила ведения боя. «Бой — это организованное столкновение частей воюющих сторон…» — объясняет он.
В учебном классе, с настоящими партами и школьной доской, собралось около тридцати человек. Новобранцев, которых привезли в этот день, здесь не было. Для них военная жизнь начнется только завтра. 25 дней они будут проходить «Курс молодого бойца».
Почти месяц их будут знакомить с Уставом, вооружением и законами армии. С некоторыми придется даже проводить уроки по чтению и письму. Об этом мне рассказал Саидахтам Давлатов. По его словам, все чаще в армию приходят неграмотные ребята…
Между тем на занятиях двое солдат, забыв, где они находятся, стали что-то обсуждать громким шепотом. Это крайне не понравилось начштабу. Он что-то по-военному рявкнул, и в тот же момент оба подскочили со своих мест и вытянулись по струнке. С занятий их не выгнали, но наказали — все оставшееся время до конца урока они провели стоя по стойке смирно.
Увы, моя мечта попасть на стрельбище и от души оторваться на мишенях не оправдалась. Выяснилось, что стрельбища в части нет, для этой цели есть специальный полигон Минобороны, куда военнослужащие выезжают примерно один раз в месяц. Поэтому вместо стрельбы пришлось заняться строевой…
Сразу скажу, что маршировать я не научилась. Зато все мои попытки пройти строевым шагом немало повеселили солдат. Офицеры за своей показной суровостью тоже не могли скрыть улыбки. Дальше было хуже. Нужно было научиться отдавать честь. Для этого нас выстроили в две шеренги. По команде офицера двое ребят выходили навстречу, козыряли друг другу и, забавно подкидывая ноги, возвращались в строй. Я тоже попыталась выйти из строя к командиру батальона и козырнуть, как смогла…
Покой солдатам только снится
Как любят говорить в армии, жизнь солдата протекает в постоянной борьбе: до обеда с голодом, после обеда со сном. Здесь я поняла актуальность и жизненную правдивость этой поговорки. Наконец, в 13.30 долгожданное время обеда наступило. Нас опять выстроили в шеренгу и по команде мы гуськом потянулись по направлению к заветной столовой.
Столики и стулья здесь такие же, как во многих точках общепита. Общая вместимость зала — 50 человек. Если учесть, что в части в общей сложности 300 человек вместе с офицерским составом, то получается, что питаются солдаты поэтапно.
Прежде чем войти в столовую, мы сняли головные уборы. Мне достался столик посередине зала. К еде я стала подбираться осторожно. Начала с чая. Потом отхлебнула горохового супа. Ничего. Кормят не изысканно, но добротно и, в общем-то, вкусно. Дальше, уже не опасаясь за свой желудок, принялась за второе — макароны с мясом. Мяса немного, но зато каждый день. Так мне сказал командир батальона.
После обеда по режиму дается полчаса на личные дела солдат. В основном это время тратится на мелкую постирушку и пришивание воротничков и пуговиц. Я сходила в местную библиотеку. Несколько читальных столов, пара шкафов с книгами, подоконники в цветах, а на стенах — портреты известных поэтов. Помимо военных рассказов здесь можно увидеть и «Рассказы о партии», все тома произведений Ленина…
После обеда подполковник Давлатов показывает мне мемориал памяти части. Он долго рассказывает мне обо всех тех людях, кто служил вместе с ним и ушел из жизни, выполняя свой военный долг…
Не плачь, девчонка!
В четыре часа дня начались занятия по сборке-разборке автомата Калашникова. Дело оказалось совсем непростым. После всех манипуляций: снятия крышки, вытаскивания пружины и еще какой-то тяжелой штуки, я лишилась двух ногтей, отбила мизинец и вообще была на грани срыва. Единственное, что далось мне легко, так это процедура снятия автомата с предохранителя и сам выстрел. Жаль только, что патронов мне не дали.
К концу дня затопили баню. Для солдат это Святой день. С баней связаны мечты о чистых портянках, о жесткой мочалке и о расслабляющей шайке с горячей водой. В баню я не пошла…
Вечером все отдыхают. Сразу после ужина (на этот раз нас угощали перловой кашей и компотом) наступило время культурно-массовых мероприятий. Так здесь называются походы в местный кинотеатр. По пятницам или воскресеньям киномеханик, работающий в части по контракту, привозит из города фильм, чаще всего какие-нибудь боевики.
Иногда солдаты собираются в тесный кружок и ведут беседы о своей жизни.
Я разговорилась с Максудом Абдусамадовым. Здесь он служит уже полгода. В первую очередь я спросила его о дедовщине. «У нас в части такого нет», — ответил он. В принципе, другого ответа я и не ожидала.
Чуть раньше об этом же говорил мне и командир батальона. Когда он пришел на службу в эту часть, первым делом собрал всех своих офицеров и, достав Коран, заставил всех поклясться на нем, что они никогда не будут бить солдат. «Для наказания провинившихся есть и другие меры», — сказал он.
Более охотно Максуд говорил о своей девушке — Анжеле. Собравшиеся вокруг офицеры принялись подтрунивать над ним: «Да она уже давно забыла тебя. Зачем ты ей нужен? В городе много красивых парней ходит, неужели ты думаешь, что она такая верная?». Максуд улыбается. Было видно, что ему уже не раз приходилось слышать эти слова, но обращать на это внимание он перестал.
Смеркалось. С командой «Отбой» в 22.00 мы с Нозимом отправились восвояси. Не знаю, как он, но я устала… как собака. Ныли ноги и спина. Глаза закрывались сами по себе. Уже дома, практически ползком добравшись до постели, я «ударилась головой об подушку и потеряла сознание». Да, нелегко быть солдатом-новобранцем.
Послесловие
Конечно, по состоянию отдельно взятой военной части нельзя судить об общем положении в вооруженных силах. Хотя, конечно, прогресс в деле улучшения положения в армии очевиден. Об этом говорит и перевыполнение планов призывных мероприятий.
Так, по данным Министерства обороны РТ, только в первый месяц призыва (2003 год, прим.ред.) от общего количества запланированных призывников (7300 чел.) в комиссариаты и военные части уже поступило около 63%. Лица, отклоняющиеся от службы, составляют 12% от общего числа призывников.
По словам Юнуса Муратова, начальника 3-го отдела организационно-мобилизационного управления Главного штаба Вооруженных сил РТ, в прежние годы число «отказников» было значительно выше.
Тем не менее, армия — это один из институтов общества, а потому она не может быть свободной от всех его пороков. Проблемы с тем же призывом сохраняются — примерно 40% молодых парней были признаны непригодными к службе по состоянию здоровья. И их количество растет. По словам Муратова, чаще всего встречаются заболевания туберкулезом и недоедание.
Ранее в интервью «АП» главный военный прокурор республики Шариф Курбонов заявил, что в Вооруженных силах по-прежнему имеют место факты неуставных отношений. В 2002 году органами военной прокуратуры были окончены расследования и направлены в военные суды 37 уголовных дел в отношении 45 обвиняемых данной категории. За 2 месяца 2003 года уже направлено для рассмотрения в суд семь таких уголовных дел.
